Rambler's Top100
Петербургский театральный журнал

№ 10

1996

Петербургский театральный журнал

 

Памяти Владимира Маркова

Нынешним летом, в самом его начале, исполнится год со дня гибели Вовы Маркова. Весь этот год память о Вове ни на минуту не покидает тех, кто хоть как-то соприкоснулся с ним и его родителями, замечательными актерами Валентиной Белецкой и Александром Марковым.

Он был театральный мальчик. Но очень молчаливый, сосредоточенный. Говорят, никогда не задал ни одного вопроса. Как будто все знал.

Уже после, когда беда произошла, я вспомнила, как много лет назад, когда Вове было еще лет шесть, и я никогда не видела его, одна студентка, работавшая в театре, рассказывала мне о пошлости новогодних елок, «гудевших» зимой в Ленкоме, где в ту пору служил Александр Марков. «Понимаете,- говорила она, — никому не стыдно, но ведь там был Вова Марков, он же святой мальчик, его бы постыдились!»

Марковы поразительно существлвали втроем. Казалось, что Саша ушел изо всех театров и организовал свой — «Русские ночи» — только для того, чтобы они все были вместе: он, Валя и Вова. И когда случилась удача — спектакль «Моление о чаше»,

 — Вовка по-мужски помогал и со светом, и с монтировками, и со
звуком.

Но помогал по-особому, совершенно незаметно, поражая внутренним тактом. Как-то на четыре дня мы оказались вместе на фестивале в Германии. Вова молчал и был принципиально незаметен, лишь чуть-чуть корректировал ситуацию, если, как ему казалось, она напрягалась. В конце дня, вернее уже ночью, после дня монтировки и репетиции технические работники театра решили покормить нас, уставших. Но кормили они не Сашу и не Валю, и уж тем более не меня. Они уважительно угощали шестнадцатилетнего Вову, незаметно сделавшего в этот день больше всех.

Наблюдать Марковых втроем было счастьем и завистью.

Кажется, они всегда были вместе. Приходили к нам в редакцию, пили чай: Валя, Саша и Вова. Приносили «Русскую мысль» (они занимались ее распространением): Саша и Вова, Валя и Вова. А сколько было страхов:
вдруг не поступит в институт, и тогда армия?! Но он поступил. Занимался французской поэзией, Рембо. Заканчивал второй курс французского отделения Университета.

Уже после его смерти стало понятно, скольким он успел помочь. Собственно, он только и делал, что шел на помощь. Но что помог стольким — не предполагал никто, даже родители. Самое удивительное
 — и сейчас продолжает помогать, безмолвно влиять, вселять надежду.

Он был святой мальчик.

…В июле он должен был ехать в Авиньон. В тот день, что предполагался днем отъезда, справляли сороковины… Он утонул странно. Беззвучно ушел под воду ранним утром начинающейся Троицы. Никто не услышал ни звука. Ничто не поколебало гладь озера под Приозерском, куда они с другом поехали на выходные дни… Была белая ночь. В старину сказали бы — «Его взял Бог.»

Хотя почему — «в старину»?…

Только после его смерти родители узнали, что он писал стихи. Ему было восемнадцать лет.

Марина ДМИТРЕВСКАЯ


*******

В тумане горят фонари…
Времени нет… Посмотри,
Есть безвременье.
Рядом и смерть и рождение.
Свет из лучей уходящей любви,
Времени нет… посмотри,
Есть движение.
Сломался поток ощущений,
Смысл обретен, но цель утеряна,
Дыхание рядом, сознанье размеренно,
Времени нет… есть безвременье.
Все слито в одно, нет разделения,
Смерть родилась, погибло рождение;
Времени нет… посмотри,
Есть безвременье.
В тумане горят фонари…
Рельсы уходят в пространства
Всегда на одном расстояньи между собой
Каждый новый день шпалы скрепляют параллельно рельсы
Всегда на одном расстояньи между собой
Параллельные рельсы спешат расстаться
Но шпалы-дни заставляют их оставаться
Всегда на одном расстояньи между собой
Параллельные рельсы спешат быть вместе
Но приходят в тупик и остаются на месте
Всегда на одном расстояньи между собой
На параллельных телах параллельных людей
параллельные лица
Ищут любую возможность соединиться
Но параллель параллельных дней
Их гораздо сильней
И не дает им забыться
Лишь ненадолго давая остановиться
Друг против друга
Всегда на одном расстояньи между собой.
Лишь одинокий поезд Вселенной
(Стоящий, кстати сказать,
на параллельных колесах)
Несется куда-то, не задавая вопросов,
Всегда на одном расстояньи от себя.
Нет цветов по краям дороги
Нет мостов через реки
Столько красивых слов я знаю
Но не верю слову навеки.
Предыдущий материал | Оглавление номера | Следующий материал
© «Петербургский театральный журнал»
ptzh@theatre.ru