Rambler's Top100
Петербургский театральный журнал

№ 9

1996

Петербургский театральный журнал

 

О человеке...

Обнажённое человеческое тело лежит на невысоком железном топчане.

Низко опущенная люминесцентная лампа освещает его, придаёт коже мертвенный оттенок. Конечности начинают подёргиваться, судорожно напрягаются мышцы, словно под воздействием электрического тока, тело бьётся в конвульсиях. В это время тихий женский голос не говорит, поёт: «Посмотри на это тело. Можешь ли ты сказать, что такое человек?»

Спектакль «Снайперы» о том, что есть современный человек, о его жизни, смерти, предназначении. Кто мы такие? Для чего мы? Что окружает нас? Модель мира, созданная режиссёром Нулло Фаччини, внушает страх. Бог умер, и человек стал беззащитен, он не в силах побороть тёмное, животное начало, ибо слаб. Его движения бессмысленны и напоминают агонию. Утрата Бога привела к утрате высшего смысла. Такие понятия, как любовь, дружба, сострадание перестали что-либо значить. Идёт тотальная война, и человек превращается в «снайпера».

«Снайперы» — слово звучит жёстко. Последовательность неизменна: прицел-выстрел-смерть. Жизнь сводится к поиску врага-жертвы. Окружающий мир — к окуляру оптического прицела.

Томас Колдинг (декорации и костюмы) создаёт странную сценическую конструкцию. Перед нами деревянные, железные, шиферные инсталляции грязно-серых, оранжевых, красно-кирпичных тонов. Не то свалка, не то задворки давно остановившегося завода, не то останки разрушенного города. Мёртвый мир. Иногда раздаются странные звуки, напоминающие шум фабрики, иногда, и это звучит почти дико, слышится пение птиц. Сцену пересекает глухой забор, из-за которого будут появляться герои спектакля (актёры: Йост ван дер Берг, Лиза Бранд, Лотта Эльванг, Сусанна Якобсон, Анна Тулстед). Мы не знаем их имён — имена не имеют значения. Перед зрителями просто люди, обезумевшие от страха, пытающиеся быть сильными, причиняя боль друг другу.

И они учатся убивать. Матери, девушки, старики и маленькие дети — все проходят военную подготовку. Их учат не защите, их обучают различным способам убийства, объясняют, куда надо бить, чтобы причинить противнику нестерпимую боль. А пока, в отсутствии врага, они тренируются друг на друге. Жена выкручивает руки мужу, жених бьёт невесту сапогом в солнечное сплетение, сестра старается выдавить брату глаза. Во время этого тренинга актёры существуют на сцене отстранённо, словно смотрят на себя со стороны. В свою очередь, зрители воспринимают эти сцены насилия не как живую боль и страдание, а как классно снятый эпизод в Голливудском боевике.

Молодая женщина, одетая в военную форму, стоит на авансцене и, вперив взгляд в пустоту, рассказывает — нет, просто излагает — находящемуся рядом мужчине в тяжёлых ботинках и комбинезоне историю своей жизни. Она говорит бесстрастным, монотонным голосом, что видела смерть мужа, была свидетелем мучений и гибели сына, подробно описывает его агонию. Лицо женщины остаётся неподвижным. Рассказ не вызывает ни у неё, ни у стоящего рядом мужчины никаких эмоций. Создаётся впечатление, что духовные и эмоциональные связи между людьми утрачены. Страдания и боль кажутся нереальными. Виной этому, по мнению режиссёра Нулло Фаччини, так называемая «вторая реальность», созданная с помощью средств массовой информации.

Всё, что происходит в нашем мире: кровопролитные войны, рассветы, весенний дождь, строительства и разрушения — всё мгновенно транслируется во все концы земного шара, становится доступно «массовому потребителю». И в сознании людей автоматически возникает «вторая реальность», обезличенная копия настоящего.

На протяжении всего спектакля на сцене, возвышаясь над героями, стоит телевизор, транслирующий всё происходящее. Деловая женщина-журналистка с камерой подробно и тщательно снимает окровавленную человеческую фигуру с забинтованной грудью и бёдрами. На экране показывается то пятно крови на ноге, то пот, выступивший крупными каплями на лбу.

И живой человек исчезает, уступая место очень реальному, но отстранённому образу. Ужас матери, видевшей смерть своего ребёнка, боль юноши, потерявшего свою возлюбленную, слёзы беспомощного старика — всё немедленно показывается по телевизору, превращаясь в некую абстракцию.

Но несмотря на то что окружающий мир ужасен, что люди утратили чувство реальности и превратились в «снайперов», всё равно существует то, что не меняется, что не поддаётся разрушительной силе войны, смерти и безверия. Есть то, что остаётся навсегда и даёт силу жить. Над полуразрушенными конструкциями, над остовом города вдруг послышатся птичьи голоса, небо станет голубым, а четыре женщины в военной форме запоют какую-то протяжную песню. И война, и боль, и страх останутся, но это мгновение даст ощущение надежды. У человек появится мечта, пусть она воплотится лишь в клочке простой белой бумаги, которым он любуется, играет и бережно хранит. Этот листок станет для него чем-то, что можно полюбить. Он превратится в почти живое существо. Но человек поместит свою мечту в клетку и клочок бумаги, прежде весело летавший и как будто льнувший к человеку, сначала затихнет, потеряв свои волшебные свойства, а затем, когда человек неосторожно подожжёт его, вспыхнет, поднимется вверх, сгорит и упадёт горсткой пепла. Мечта погибнет, и человек опять останется один на один с миром, где идёт война. Гражданская война страшна не смертями, а тем, что превращает оставшихся в живых в «снайперов».

«Снайперы» - лишь одна часть трилогии, посвященной войне. Первая часть, «Изгнание», раскрывает причины войны, третья же, «10 неизвестных солдат», представляет собой действо, созданное на основе десяти эпитафий, написанных авторами разных стран.

Актёры театра «Кантабиле-2» настолько пластически выразительны, что текст становится не нужен: спектакль идёт без перевода. Идея «Снайперов» интернациональна: человек, создавший технически мощную цивилизацию, но не сохранивший в душе Бога, беспомощен и обречён на смерть. Задача спектакля — рассказать современному человеку правду о нём самом, помочь победить в себе «снайпера».

Екатерина Слепышкова
Предыдущий материал | Оглавление номера | Следующий материал
© «Петербургский театральный журнал»
ptzh@theatre.ru