Rambler's Top100
Петербургский театральный журнал

№ 23

2001

Петербургский театральный журнал

 

"Летящий во времени"

Наталия Зозулина

Необычный для театра «Зазеркалье» вечер прошел на его сцене в первый (но, как обещают, не в последний) раз в конце сентября. Здесь приютили группу танцовщиков и хореографов — участников родившегося в Питере проекта «Летящий во времени». Предоставив свою сцену, главный дирижер «Зазеркалья» Павел Бубельников не просто подтвердил репутацию большого балетного друга, но и восстановил связь времен. Ведь когда-то в этом помещении на улице Рубинштейна (бывшей Троицкой) «вольничал» прославленный Михаил Фокин, вместе с не менее прославленным Всеволодом Мейерхольдом представляя публике героев «Карнавала». Нынешняя творческая вольница, вышедшая подышать свежим воздухом современного танца за академические стены, организовалась вокруг трех хореографов. Роль главного героя вечера — автора премьерных работ — принял на себя Леонид Лебедев, возникший в Петербурге после десятилетнего (!) отсутствия.
Ему повезло — его встретили здесь прежние, оставшиеся ему верными исполнители из Малого оперного театра. Рашид Мамин с ощутимой радостью станцевал сохранившийся в его репертуаре изящный, подобный весенней капели «Сонет» на музыку Ю. Симакина, продемонстрировав великолепную «память тела», наученного когда-то импульсивному лебедевскому стилю. Неотразимые каждый по-своему и вместе в своем дуэте, Елена Гринева и Владимир Аджамов выступили в новом балете хореографа — «Дорога к себе»*, справившись со всеми контрастами и катаклизмами то сольного, то дуэтного танца, вьющегося долгой стезей жизни. Но в новом «Реквиеме по балерине» у Гриневой оказался другой партнер, который, в отличие от прежних лебедевских премьеров, создававших иллюзию как будто остановившегося или вернувшегося вспять времени, невольно заставил почувствовать все-таки его неумолимый бег. Исполнитель партии Ангела имел ту же фамилию — Аджамов, но это был уже сын танцовщика, Константин, успевший за время пребывания Лебедева в Москве окончить Вагановское училище. Конечно, сценический опыт отца, столь тесно связанный с новыми балетами и сделавший его в итоге непревзойденным среди петербургских танцовщиков исполнителем современной хореографии, при всем желании не мог генетически перейти к сыну. Но и передача «по наследству» такого хореографа, как Лебедев, — уже редкое везение для юного танцовщика, впервые попробовавшего в «Реквиеме по балерине» свободно «вздохнуть» своим телом, еще не сняв, но уже чуть раздвинув стесняющий его «железный панцирь». Тот робеющий и боязливо двигающийся Вестник смерти, каким вписался юный Аджамов в danse macabre лебедевской героини, наделил экзистенциальную атмосферу номера чрезвычайной деликатностью, что, признаться, сыграло на руку утонченной интерпретации темы у хореографа.

Два других героя балетного вечера в «Зазеркалье» анонсировали свои будущие показы в рамках названного проекта. Если цель анонсов — вызвать ожидание событий, то она была достигнута в обоих случаях.

Известный по своей артистической карьере на сцене Малого оперного театра, но почти незнакомый в качестве балетмейстера, Гали Абайдулов в своих двух дуэтах из задуманного им балета на музыку Пьяцоллы «Печальная вечеринка» «напророчил» будущую историю встреч и расставаний одного героя (в облике Аджамова-старшего) с несколькими представительницами прекрасного пола (пока таковых было две, воплощенных Гриневой и Эльвирой Хабибуллиной). Контраст их характеров и, как следствие, контраст взаимоотношений — то, что удалось выразить автору уже сейчас и что, вероятно, должно стать основой всех последующих дуэтов. Но в какой мере почерк хореографа Абайдулова своеобразен, правильней будет судить по целому балету, а не по двум композициям в концерте, показавшимся профессиональными, но едва ли особо оригинальными дуэтами.

Юрий Петухов — солист того же театра имени Мусоргского, в последние годы подкрепивший свою высокую артистическую репутацию авторитетом балетмейстера, — решил напомнить о созданном им два года назад и после премьеры практически недоступном для петербургских зрителей балете по мотивам древней китайской легенды. Исполненный группой танцовщиц и танцовщиков дивертисмент, не посягая на объяснение сюжета «Картины», заострил внимание на эффектах ее ударных танцев, выдержанных в экзотическом стиле. Вкупе с японскими героями «Гагаку» Лебедева китайские персонажи Петухова составили восточное «народонаселение» концерта, выглядевшее в хореографии, в движениях намного интересней и разнообразней, чем в национальных балетах, поставленных непосредственно японцами и китайцами (благо, мы их видели на гастролях). Рискну даже заявить, что в ощущении «буквы» и «духа» и, главное, в технике стилизации восточного танца как в классической лексике, так и в модерне два наших хореографа могут померяться силами хоть с Морисом Бежаром (конкретно с его «Кабуки»), хоть с Иржи Килианом (его «Лунной принцессой»).

Успех дивертисмента явно «купил» зрителей на запланированный в будущем показ «Картины» целиком. Конечно, в случае, если традиция концертов в поддержку балетмейстерского творчества не оборвется и в театре «Зазеркалье», как задумано, состоится новый балетный вечер — на этот раз посвященный работам Петухова. А не оборвется и состоится лишь в том случае, если «Летящий во времени» — проект Владимира Аджамова, призванный вернуть Петербургу дух «серебряного века», — найдет понимание и поддержку на двух самых важных уровнях: в «верхах» — у властей и богачей и в «низах» — у артистов. Вот только найдет ли?.

Ноябрь 2000 г.
Наталия Зозулина

балетный критик, и.о. доцента Академии русского балета им. Вагановой. Автор книги ?Алла Осипенко?. Печаталась в журналах ?Искусство Ленинграда?, ?Советский балет?, ?Петербургский театральный журнал?, ?Танец?, в научных сборниках, в петербургских и центральных газетах. Живет в Петербурге.

Предыдущий материал | Оглавление номера | Следующий материал
© «Петербургский театральный журнал»
ptzh@theatre.ru