Rambler's Top100
Петербургский театральный журнал

№ 25

2001

Петербургский театральный журнал

 

О спектаклях "Полковнику никто не пишет" и "Закат"

Дмитрий Бур

К моменту сдачи номера «Закат» Омской драмы не был запечатлен в фотографиях

Марина Глуховская поставила три спектакля в Омской драме. Что ни название — то легенда. «Маскарад», «Полковнику никто не пишет» и «Закат». По двум спектаклям, виденным мною, можно попытаться что-то понять про режиссуру Глуховской.

Отсутствует чувство юмора. Нет, никто не просит делать из Маркеса, — О'Генри, а из Бабеля — Аверченко, но юмор в любом его проявлении есть жизнь. А предельная серьезность, с которой сделаны два омских спектакля Глуховской, способна вызвать смех.

Необоснованны распределения. Вполне молодо выглядящий Валерий Алексеев вынужден играть дряхлеющего Полковника, которому по книге — 76 лет, и это сводит всю идею Маркеса на нет. Ведь Полковник Маркеса НЕ МОЖЕТ работать из-за возраста и старых ран. А Половник Алексеева вполне МОЖЕТ работать. Посему Полковник из нищающего и дряхлого старика превращается в относительно пожилого бездельника.

Замечательный Евгений Смирнов (см. «ПТЖ» № 23, статья «Комик Смирнов») вынужден играть Менделя Крика — роль, никак ему не подходящую. Не обладал этот Мендель, даже в молодости, недюжинной силой. В старости его драка с сыновьями прикрыта жалюзи. Бунт сильного Менделя, так ясно выписанный Бабелем, превращается в прихоть пожилого биндюжника.

Омская труппа — одна из редких трупп России: здесь можно распределить любую пьесу. Но капризно сделанное распределение ставит актеров театра в ложное положение. Единственный, кто органичен в общей неорганичной ситуации, — Михаил Окунев (Арье-Лейб), исходящий не из гипотетической идеи спектакля (был хороший папа, а его гады-сыновья уничтожили), а из сочиненного им самим образа.

Ни один из персонажей «Заката» и «Полковника» не совершает пути в сценическом времени. Что происходит, что меняется в каждом из них? Неясно.

Очевидно, что для Глуховской форма важнее содержания. Но содержание непонятно настолько, насколько помпезно подана форма спектаклей.

В «Полковника» добавлены лишние персонажи, в «Закат» включены «Одесские рассказы», написанные совсем по-другому и о другом. Почему в спектакле «Закат» еврейские песни чередуются с совершенно «неодесскими» мелодиями? Какая идея лежала в начале? Какая тема вела? Что хотели сказать? Почему М. Глуховской жизненно важно ставить сейчас в Омске именно Маркеса и Бабеля? Риторика… В ответ зрителю и критике пропоет живой петух из «Полковника» да прошумит море из «Заката»…
Дмитрий Бур

студент СПГАТИ, печатался в ?Петербургском театральном журнале?. Живет в Петербурге.

Предыдущий материал | Оглавление номера | Следующий материал
© «Петербургский театральный журнал»
ptzh@theatre.ru