Rambler's Top100
Петербургский театральный журнал

№ 42

2005

Петербургский театральный журнал

 

На уход неандертальцев

Я человек ?закомплексованный. Все у меня закомплексовано: и лицо, и одежда, и душа, и мысли. Пластика моя не может быть названа таковой, потому что это никакая не пластика. В поднятом над головой молоте больше жизни, чем во мне, особенно когда я вхожу куда-нибудь, где сидят незнакомые мне люди. Зная это, я начинаю беспричинно шуметь, махать руками и, смущаясь от этого еще больше, стараюсь заглушать самого себя набором заштампованных фраз. В такие моменты от меня шарахаются тумбочки, стулья, в прошлый раз за стеклом книги Чехова и Марка Аврелия повернулись корешками в глубину… Мне захотелось родиться обратно.

Когда я смотрю фильмы о жизни микробов и бацилл — ужасно симпатичных, грациозных, застенчивых, так неподчеркнуто уступающих дорогу не только друг другу, но и каким-то кружочкам, похожим на меня, и жестоким никелированным пинцетам, — я готов провалиться сквозь землю от стыда.

Сейчас, когда я стар и волны незакоплексованных обрушиваются на меня, я хочу донести до вас, подобных мне, свой голос. Особенно после прославленной сексуальной революции, которая оказалась несравненно масштабнее Великой Октябрьской революции, в общем-то простой и понятной, порядком запоздалой, воровской, в самом начале уже пахнувшей тленом и гнилью. Она оказалась такой ничтожной по результатам в сравнении с Великой и, пора уже признать, Мировой сексуальной революцией, освободившей миллиарды людей, уже и до нее свободных от стыда!

И тут я, нормально закомплексованный человек, оказался перед тьмой незакомплексованных, победно шествующих акселератов. И почувствовал такую же незащищенность, как неандерталец перед homo sapiens sapiens, — и пощады мне уже не ждать. Как вид я должен исчезнуть.

Мне очень грустно, что со мной вместе исчезнут мои любимые Макары Девушкины, моя двоюродная сестра Маквала и моя троюродная сестра Русико, работница Союзпечати, которая краснела, когда у нее спрашивали свежую газету, и была тогда похожа на византийскую мадонну.

Нет, мне не милы незакомплек?сованные, мне они неинтересны ни по пластике, ни по выражению лица, ни по каким-либо другим признакам. В комплексах я вижу проявления души. Это значит, что человек больше погружен в себя и больше видит себя, чем человек незакомплексованный. Лично я все время слежу за собой сверху (угол 45 градусов, расстояние два метра) и обычно с досадой. Незакомплексованные сразу говорят со мной на ты, никогда не убирают ноги за стул, а вытягивают их прямо к вам и пахнут туалетным дезодорантом.

Да, такие, как я, обязательно уйдут так же, как ушли нежные, милые моему сердцу неандертальцы, которые не могли понять высоких и стройных homo sapiens sapiens.

Незакомплексованным я тоже бываю. Когда под душем исполняю арию Риголетто. Это право я оставляю за собой.

Записала и сфотографировала М. Дмитревская
Предыдущий материал | Оглавление номера | Следующий материал
© «Петербургский театральный журнал»
ptzh@theatre.ru